English
Директор Департамента внешнеполитического планирования (ДВП) МИД России Алексей Дробинин и заместитель директора ДВП МИД России Мария Ходынская-Голенищева написали объёмную статью для журнала «Россия в глобальной политике», посвященную отношениям России с Юго-Восточной Азии и АСЕАН, в которой разъясняются взгляды России на регион, его геополитическую и торговую динамику, а также позицию в рамках нового многополярного миропорядка.
В статье, которую мы приводим полностью, также анализируются отношения АСЕАН с Шанхайской организацией сотрудничества, Евразийским экономическим союзом и БРИКС. Она представляет большой интерес для всех, кто вовлечен в процесс или ожидает продвижения России на восток.
Статья директора Департамента внешнеполитического планирования (ДВП) МИД России А.Ю.Дробинина и заместителя директора ДВП МИД России М.С.Ходынской-Голенищевой «Юго-Восточная Азия в многополярном мире» для журнала «Россия в глобальной политике», 3 апреля 2026 года
«Европейские ценности есть ценности Европы,
азиатские ценности – универсальны»
Махатхир Мохамад,
малайзийский государственный деятель,
премьер-министр Малайзии (1981-2003 гг.; 2018-2020 гг.)
Осмысливая ход международных событий, ряд экспертов приходит к заключению, что многополярность наступила раньше, чем многие были к ней готовы. Скорость изменений настолько высока, что самые смелые прогнозы нередко воплощаются в жизнь в режиме реального времени.
Выступая на пленарной сессии XXII заседания Международного дискуссионного клуба «Валдай» в октябре 2025 года, Президент России В.В.Путин отметил, что многополярность «по факту сложилась»[1]. Её опоры уже стоят, но общая структура остаётся подвижной. В международной политике существует несколько самостоятельных центров принятия системно значимых решений. Это, прежде всего, США, Китай, Россия. Наращивает совокупный потенциал Индия. Укрепляют свои международные позиции Бразилия, Индонезия, Турция, Саудовская Аравия, ряд других крупных стран, их влияние приобретает трансрегиональный охват. Континентальная Европа сделала ставку на борьбу с Россией и по этой причине утрачивает шанс на самостоятельность в мировых делах.
Многополярный мир рождается из прежней системы, во многом на её обломках. Испытанию на прочность подвергаются все константы международной жизни. Те из них, которые не отвечают на запрос новой эпохи, безжалостно отбраковываются. Есть серьёзные основания предположить, что не все упомянутые выше «полюса» переживут начавшийся геополитический «шторм». Так же верно и то, что по его итогам могут сформироваться новые центры силы и влияния.
Новшеством на данном этапе выглядит то, что впервые на авансцене мировой политики оказались все «живые» на настоящий момент цивилизации. Выработка новых «правил игры» ведётся «в поле» и с участием большого числа непохожих друг на друга игроков. К этому относится прогностический тезис валдайского выступления Президента России В.В.Путина о том, что «нас ждёт не столкновение идеологий или государств на почве идеологических противоречий, а столкновение государств на базе цивилизационных особенностей».
Впрочем, цивилизационный подход отнюдь не предопределяет конфронтацию. Проблема не в различиях цивилизаций, а в том, что одна из них – западная – за много столетий колониализма и неоколониализма привыкла жить за чужой счёт. Как говорят англосаксы, «old habits die hard», «тяжело расставаться со старыми привычками». Старая поговорка подсказывает, что происходит вокруг. Как мы писали ранее, западные элиты «сделали ставку на силовую реставрацию однополярного момента начала 1990-х гг. и добиваются расчленения цивилизационных общностей на удобные для поглощения сегменты по формуле «разделяй и властвуй». Или, как уточнил Министр иностранных дел России С.В.Лавров, давая оценку попытке Запада рассорить арабские монархии Залива с Ираном в ходе вероломного нападения США и Израиля на Исламскую Республику в марте 2026 года «разделяй, натравливай друг на друга и властвуй».
В условиях усилившегося давления Запада все независимые государства стоят перед выбором – либо несгибаемо держаться курса на суверенизацию и консолидацию, либо становиться пространством «игры» и сведения счетов внешних сил. Эта дилемма стоит и перед сообществом стран и народов Юго-Восточной Азии – по-своему уникальной геополитической общности.
Регион Юго-Восточной Азии
«Как страшен удел одинокой души
На дальней чужбине, в пустынной глуши!
Скитается душа-сирота в краю полночных теней,
Где благовоньями не курят, не жгут светозарных огней»
Нгуен Зу, Вьетнам
И действительно, противоречивые тенденции глобального масштаба получают зримое воплощение в Юго-Восточной Азии (ЮВА). Это, а также тот факт, что магистральный тренд мирового развития состоит в смещении центра экономической активности из Евроатлантики в Азию и Тихоокеанский регион, определили наш исследовательский интерес к теме и стали стимулом к написанию настоящей статьи.
ЮВА – одна из наиболее динамично растущих частей Тихоокеанского региона, обладающая большими перспективами. Трудно представить, что ещё недавно по историческим меркам эта территория ассоциировалась с политической нестабильностью и социально-экономической отсталостью.
Впервые термин «Юго-Восточная Азия» был употреблён американским путешественником Г.Малкомом в 1830-х гг. В 1920-х гг. он стал встречаться в работах немецких мыслителей, а официально закрепился в конце Второй мировой войны, когда регион был оккупирован Японией.
Юго-Восточная Азия – неоднородный регион со сложным культурно-конфессиональным ландшафтом. В нём представлены четыре крупные языковые семьи и три мировые религии. На ранние формы – культ предков, дух хранителей общины, анимизм – наложились пришедшие извне религиозные системы и элементы других культур (китайско-конфуцианской, индийско-буддистской, арабо-мусульманской), что расширило сознание и привило мировоззренческую терпимость. Постепенно формировавшаяся особая идентичность не вытесняла местную, но дополняла и обогащала её.
ЮВА – пёстрое пространство с точки зрения государственного устройства. Оно включает в себя абсолютные и конституционные монархии, несколько видов республик.
Не способствовал формированию единой общности и колониальный период, когда ЮВА была поделена между пятью державами. Малайзия, Бруней, Мьянма и Сингапур, располагавшиеся в британской зоне, пришли к независимости относительно мягко. Вьетнам, Лаос, Камбоджа, находившиеся под гнётом Франции, и Индонезия, эксплуатировавшаяся Голландией, – через национально-освободительные войны. Испания и Португалия утратили свои владения в результате их захвата другими странами. Таиланд суверенитета не терял.
На первый взгляд, таким разным в своей специфике государствам трудно сложиться в единую общность. Однако российские исследователи верно подмечают, что «при всем многообразии стран ЮВА всякий побывавший там не может не заметить общего. Оно сказывается в материальной культуре, в социальной организации (патрон-клиентские связи, роль семьи, взаимопомощь в коллективе, традиция принимать решения коллегиально), в художественной и особенно в поведенческой культуре». Выходца из ЮВА, как и русского человека, нетрудно вычленить из толпы иностранцев.
АСЕАН как политико-экономическая «скрепа» ЮВА
«И, читая посланье моё строку за строкою,
Для себя ты откроешь мой главный завет:
Жить единой судьбой со своею землёю,
Помнить, лучше родины той, что дана тебе, нет»
Таригану, Индонезия
Интеллектуальные элиты Юго-Восточной Азии конструировали общерегиональную идентичность осознанно, с учётом существовавших различий и с целью создания опоры для совместного развития и противостояния внешним вызовам. В этом просматривается перекличка с тезисом одного из основоположников цивилизационного подхода к изучению истории А.Тойнби о том, что цивилизации рождаются, отвечая на исторические вызовы.
Импульс процессам политико-экономической консолидации ЮВА придали события «холодной войны». Не желая вовлекаться в противоборство сверхдержав, Индонезия и Бирма (нынешняя Мьянма) выступили одними из инициаторов Бандунгской конференции 1955 года, проложившей путь к созданию Движения неприсоединения. Необходимость выживать в условиях биполярного противостояния подтолкнула к осознанию важности объединения потенциалов в формате региональной структуры. Так родилась идея учреждения Ассоциации стран Юго-Восточной Азии, созданной в 1967 году[14].
Философскую основу сотрудничества в рамках Ассоциации составила концепция азиатских ценностей. Она включает, в частности, отрицание крайних форм индивидуализма, уважение руководства, высокую роль семьи, бережливость, трудолюбие, работу в команде. Ключевая функция государства – обеспечение стабильности, основная задача экономической модернизации – повышение благосостояния населения. Это неконфронтационные подходы, близкие российскому политическому и общественному менталитету.
После окончания «холодной войны» перед правящими кругами стран АСЕАН встал вопрос сохранения геополитической идентичности. Это послужило стимулом к повышению устойчивости сообщества. Последнее было невозможно без выработки общих принципов взаимодействия внутри АСЕАН. Со временем визитной карточкой Ассоциации стали «правила общежития», включающие принятие решений консенсусом, невмешательство во внутренние дела друг друга, использование неформальных каналов диалога для решения спорных вопросов, ответственность за проблемы региона. Был найден формат дискуссий – «стиль АСЕАН» – без протокольных формальностей и обязывающего характера решений с пошаговым сближением позиций по широкому кругу вопросов развития и безопасности. В оборот вошли такие понятия, как «дух АСЕАН» и «путь АСЕАН». Именно такой прагматичный подход, считают местные эксперты, стал помощником в преодолении трудностей и достижении солидарности.
Через год Ассоциация будет отмечать свое 60-летие. Оговорюсь: мы не определяли в качестве задачи этой статьи комплексный анализ деятельности АСЕАН. Однако даже беглый обзор позволяет сделать вывод о том, что это – политический феномен, сложившийся международный игрок, обладающий уникальной философией принятия решений, собственным образом будущего и пониманием международных процессов.
В институциональном смысле Ассоциацией создан серьёзный задел на будущее. Она смогла «нарастить» свою деятельность до Регионального форума АСЕАН (структура многостороннего регионального политического диалога, куда входит и наша страна), Совещания министров обороны стран АСЕАН и диалоговых партнеров («СМОА плюс» – площадка взаимодействия в сфере обороны и безопасности с участием государств АСЕАН, России, Китая, Индии, США и некоторых других стран) и механизмов Восточноазиатских саммитов (также с участием России, Китая, США, Индии и других государств). Несколько абстрагируясь от региональной специфики, можно сказать, что такой путь развития альтернативных площадок с элементами универсальной легитимности может служить моделью для других геополитических общностей, ищущих оптимальные пути самоорганизации и продвижения коллективных интересов в условиях многополярности.
В своём стратегическом планировании лидеры АСЕАН в качестве приоритета определяют задачу консолидации Ассоциации, набора ею политического веса. В заявлении о повышении роли блока в условиях глобальной нестабильности в мае 2025 года лидеры АСЕАН подчеркнули важность укрепления единства Ассоциации как ключа к региональному миру и стабильности. Тогда же Генеральный секретарь АСЕАН Као Кимхорн (Камбоджа) указал на незаменимую роль структуры в стимулировании регионального сотрудничества и обеспечении общей экономической устойчивости на фоне роста геополитической напряжённости. При всех нюансах экспертных оценок, звучавших по итогам 47-го саммита АСЕАН в октябре 2025 года в Куала-Лумпуре, местные аналитики были едины в том, что Ассоциация должна оставаться хозяином своей судьбы и участвовать в формировании облика своего будущего, последовательно усиливая свою роль на мировой арене.
Уместно затронуть связанный с вышесказанным вопрос о том, как региональные стратеги визуализируют нарождающийся миропорядок. Вглядываясь в будущее, ряд экспертов из ЮВА склоняется к образу триумвирата – трехполюсной конструкции, где центрами силы будут выступать Россия, Китай и США. Этот сценарий воспринимается политологами из региона с опасением. Они пишут о том, что подобная организация межгосударственных отношений может иметь конфронтационную природу, провоцировать возникновение конкурирующих альянсов[20].
Развивая тему, аналитики приходят к заключению, что в условиях, когда великие державы не способны договориться, как поддерживать стабильность международной системы, их место должны занять «страны среднего порядка, обладающие достаточным экономическим и финансовым потенциалом и не находящиеся на передовой острых геополитических противоречий». Предполагается, что «средние» страны создадут «страховочную сеть сотрудничества, которая убережет мир от геополитических потрясений». Этот тезис звучит и на официальном уровне. Рассуждая о переходе к «пост-американскому многополярному миропорядку», премьер-министр Сингапура Лоуренс Вонг подчеркнул растущее значение малых и средних государств и дал понять, что агрессивная тарифная политика США при Д.Трампе стала для лидеров Ассоциации стимулом активнее крепить единство АСЕАН.
Позволим себе высказать мнение, что в условиях многополярности наиболее эффективным способом продвижения малыми и средними государствами интересов на внешнем контуре – это действовать через единый центр силы. В этом государства ЮВА должны иметь возможность полагаться на АСЕАН. Ассоциация – пример геополитической общности стран и народов, сосуществующих на общем пространстве и объединённых интересами развития. Несмотря на разногласия, неизбежные в большой семье, на международной арене она стремится выступать в качестве субъекта мировой политики, осознавая важность консолидации для противодействия внешним и внутренним вызовам.
От старых проблем к новым вызовам
Сегодня АСЕАН вновь сталкивается с серьёзными вызовами. Проблемы идут во многом в русле долгосрочных тенденций, которые нами давно прогнозировались. Происходящее на наших глазах формирование многополярного миропорядка вызывает неприятие у ряда государств, привыкших мыслить в логике глобального доминирования и неоколониализма. Ими предпринимаются целенаправленные попытки сдерживать геополитических конкурентов и ограничивать их возможности для развития путём вытеснения с мировых и региональных рынков, а также оказания силового давления.
Такие действия приобрели системный характер и имеют проекцию на обстановку во всех регионах мира, включая, не в последнюю очередь, Юго-Восточную Азию. Мы видим, как сегодня определённые внешние силы пытаются переформатировать её пространство в своих интересах для ослабления позиций Китая и вытеснения России.
На практике курс реализуется через внесение раскола в АСЕАН и её военно-политическое дробление. Прилагаются усилия по выборочному втягиванию стран Ассоциации в форматы с ограниченным составом для работы по повестке дня сдерживания, а не обеспечения региональной безопасности. На замену сформированным АСЕАН инклюзивным механизмам продвигаются альянсы селективного состава – АУКУС, «Квад», различные «четвёрки» и «тройки». Всё это создаёт риски позициям АСЕАН как геополитической опоры региона, а в перспективе при неблагоприятном развитии событий может и вовсе создать угрозы становлению юго-восточноазиатской общности как одного из центров силы новой мировой системы.
Серьёзный дестабилизирующий заряд несут размещение в регионе американских ракетных систем среднего радиуса действия и проведение крупномасштабных военных учений. На дополнительное обострение ситуации работают претензии НАТО на главенствующую роль далеко за пределами своей зоны ответственности. На саммите Североатлантического альянса в Мадриде в 2022 году было объявлено о «связанности безопасности» в Евро-Атлантике и т.н. Индо-Тихоокеанском регионе – под таким лукавым лозунгом альянс внедряется в Юго-Восточную и Северо-Восточную Азию. Это подпитывает конфликтный потенциал в Южно-Китайском море и зоне Тайваньского пролива, а также в Восточно-Китайском море и на Корейском полуострове.
Ассоциации приходится выдерживать серьёзное политическое давление Запада по украинскому кризису. Начиная с 2022 года АСЕАН настойчиво заставляли отойти от нейтральной позиции по данному вопросу. Удалось это, и то отчасти, только в случае с Сингапуром, который, стремясь сохранить принадлежность к расширенному англосаксонскому контуру, политически и дипломатически поддержал враждебные действия США и Европы против России. Большинство же асеановцев остались на дружественных либо нейтральных позициях и не желают участвовать в антироссийских геополитических играх.
Недобросовестные внешние игроки рассматривают Юго-Восточную Азию в качестве стратегического региона, контроль над которым способен предоставить существенные преимущества в условиях обостряющейся конкуренции за глобальное экономическое и технологическое лидерство. А надо бы всем выстраивать со странами АСЕАН равноправное и взаимовыгодное партнёрство, на что как раз и нацелена российская дипломатия.
Ведь ЮВА – это, кроме всего прочего, по-настоящему ёмкий общий рынок, пространство динамичного экономического роста, технологического развития и демографического потенциала. Валовой внутренний продукт стран Ассоциации в 2024 году составил 3,95 трлн долл. США, что позволяет считать АСЕАН пятой в мире и третьей в Большой Азии экономикой – после Китая и Индии. Темпы роста за последние 15 лет высокие – в среднем 5-6% в год. Внешнеторговый оборот АСЕАН как интеграционного блока превышает 3,5 трлн долл. США с устойчивым положительным сальдо около 100 млрд долл. США в год[23]. Регион имеет обширный и глубокий рынок труда. Неудивительно, что западные ТНК и правительства стремятся обеспечить себе привилегированный доступ к источникам ресурсов и объёмным рынкам сбыта ЮВА, получить рычаги управления её транспортно-логистическими маршрутами, по которым проходит до четверти мировой морской торговли.
К внешним вызовам АСЕАН добавляются внутрирегиональные. Один из тех, к которым привлечено всеобщее внимание, – внутриполитическая ситуация в Мьянме. В Ассоциации учреждена должность спецпосланника по этой стране. Существует асеановский «Консенсус из пяти пунктов» 2021 года. Многое было сделано для решения проблемы в ходе председательства в АСЕАН Малайзии в 2025 году. Некоторые местные аналитики, однако, призывают не увлекаться попытками урегулировать конфликты в регионе самостоятельно, советуют передавать их на откуп ООН.
Не можем разделить такой подход потому, что роль Всемирной организации в решении внутриполитических вопросов, как минимум, весьма спорна, а посты соответствующих спецпредставителей Генсекретаря ООН, как правило, занимают западники либо лица с двойным гражданством (одно из которых – западное). В эпоху регионализации мировой политики цивилизационные общности должны быть способны самостоятельно находить работающие решения конфликтов внутри своего контура. В связи с этим не можем не приветствовать стремление АСЕАН без внешнего диктата решать кризис вокруг Мьянмы на основе конструктивного диалога с властями этой страны.
Необходимым навыком для цивилизации, претендующей на статус полюса многополярного мира, также является способность к поддержанию межцивилизационных контактов. АСЕАН хорошо освоила этот инструментарий. Вокруг Ассоциации сформировалась система диалоговых форматов, несущей конструкцией которых выступают Восточноазиатские саммиты. Развиваются прямые контакты с влиятельными региональными структурами. Установлены отношения с Шанхайской организацией сотрудничества, Евразийским экономическим союзом, Советом сотрудничества арабских государств Персидского залива. Для нас важно, что взаимодействие по линии АСЕАН-ШОС рассматривается экспертами из ЮВА через призму необходимости выстраивать мосты между АСЕАН и интеграционными объединениями материковой Евразии[27].
АСЕАН придаёт большое значение усилиям по укреплению отношений с БРИКС. Сегодня один член Ассоциации – Индонезия – входит в объединение в качестве полноправного участника, Вьетнам, Таиланд и Малайзия имеют статус партнёра. Аналитики из ЮВА пишут, что по мере того, как нарастание американо-китайских противоречий сужает для АСЕАН пространство для нейтральности, БРИКС помогает не оказаться между молотом и наковальней. Укрепление ткани межцивилизационных контактов, без сомнения, является важным элементом в процессе строительства многополярного мира.
Россия и Юго-Восточная Азия
«Когда после войны 1812 года рухнула империя Наполеона
и заморское влияние Франции пошло на убыль,
Сиам сблизился с Петербургом.
В Таиланде в королевском дворце я видел портреты
русских княгинь, породнившихся с сиамской знатью,
живописные картинки заснеженного Петербурга»
А.А.Аджубей
Нашу страну и государства региона объединяет богатая история двустороннего взаимодействия. Были в ней и визит короля Сиама в Санкт-Петербург в конце XIX века, и масштабная помощь Советского Союза национально-освободительным движениям Вьетнама, Лаоса и Индонезии во второй половине XX века, и строительство крупных промышленных объектов в странах ЮВА, и создание в некоторых их них отраслей народного хозяйства.
В 2005 году, уже более 20 лет назад, в Куала-Лумпуре состоялся первый саммит Россия-АСЕАН. Он вывел наш диалог на принципиально новый, высший уровень и закрепил его всеобъемлющий характер. В 2018 году партнёрство официально получило статус стратегического.
Сегодня Россия остаётся надёжным другом стран ЮВА. Наши отношения не осложнены ни колониальным прошлым, ни застарелыми разногласиями. Нашу страну воспринимают не только как центр силы, но и как проверенного временем поставщика безопасности: энергетической – через проекты в углеводородной, гидроэнергетической и атомной сферах, продовольственной – благодаря поставкам сельхозпродукции, информационной – вследствие предоставления решений в области информационно-коммуникационных технологий, «физической» – в контексте военно-технического сотрудничества. Конечно, это не полный список направлений взаимовыгодного сотрудничества.
Россия, в свою очередь, видит в АСЕАН единомышленника, с которым её объединяет приверженность широкому международному сотрудничеству с опорой на Устав ООН во всей совокупности и взаимосвязи его принципов.
Мы с асеановскими друзьями близки и в том, что касается концептуального осмысления международных процессов, разделяем желаемый образ будущего – это должен быть более справедливый многополярный миропорядок. Едины в понимании важности отстаивания национального суверенитета. Здесь, однако, есть нюанс. Как точно подмечают российские учёные, «в нашей стране сложилось ригористическое понимание суверенитета – бескомпромиссность к любому внешнему воздействию. Это редкое свойство». Странам ЮВА «близка идея стратегической автономии, но они предпочитают формулировать её в нейтральных категориях – равенства, инклюзивности и открытого регионализма. Для них приемлема не конфронтационная, а интеграционная риторика, подчёркивающая взаимосвязанность, суверенитет и право на многообразие путей развития». Впрочем, совместить эти два мировоззрения нетрудно.
Раскрытию потенциала ЮВА будет способствовать участие государств региона в российских интеграционных проектах. Это, в первую очередь, сопряжение возможностей АСЕАН с ЕАЭС путем углубления и расширения отраслевого взаимодействия между странами-членами. Сотрудничество Союза и Ассоциации, а также осуществляемая в его рамках гармонизация процессов социально-экономического развития выступают в нашем понимании одной из опор реализации инициативы Большого Евразийского партнёрства, выдвинутой Президентом России В.В.Путиным, кстати говоря, как раз на саммите Россия-АСЕАН в Сочи в 2016 году. Работаем над наращиванием и диверсификацией торгово-экономического сотрудничества. В финансовой сфере – над переходом на расчёты в национальных валютах. Эти меры, а также интеграция с азиатскими платформами для нас – не абстрактные планы, а новая геоэкономическая реальность.
Параллельно с экономическим измерением сотрудничества приоритетное значение придаём углублению связей с Ассоциацией и её отдельными членами в области безопасности. Страны АСЕАН согласны с нами в том, что региональная безопасность неделима и всеобъемлюща, а безопасность одних государств не может быть обеспечена за счёт безопасности других.
Со своей стороны, заинтересованы в сохранении асеаноцентричной архитектуры безопасности в ЮВА. В этом контексте видим в Ассоциации одного из партнёров по реализации инициативы создания архитектуры евразийской безопасности, выдвинутой Главой Российского государства в 2024 году. Конструктивный двусторонний политический диалог по этой теме налажен практически со всеми странами АСЕАН. Представители ряда государств-членов Ассоциации приняли участие в III Минской международной конференции по евразийской безопасности (28-29 октября 2025 года), организованной нашими белорусскими друзьями.
Рассматривая Ассоциацию как неотъемлемую часть Большой Евразии, Россия открыта к сотрудничеству с АСЕАН в интересах урегулирования региональных конфликтов и их предотвращения, обеспечения комплексной защиты национальной и региональной безопасности.
На геополитической карте ЮВА не просто существует, но на практике заявляет о себе как о перспективном центре многополярного мира. Юго-Восточная Азия – регион, возвышающий свой голос в мировых делах.
Лидеры государств-членов Ассоциации неоднократно заявляли, что её интересам соответствует становление многополярного миропорядка, в котором у АСЕАН была бы своя значимая роль. Нельзя не поддержать такую оценку.
Как мы можем судить, достижению этой цели будет помогать способность Ассоциации и её диалоговых механизмов удержаться на прагматичных позициях, сохранить за собой решающий голос в определении архитектуры и форматов сотрудничества в ЮВА. Как представляется, именно такой подход в наилучшей степени отвечает интересам стран региона. Однако мы можем лишь изложить свой взгляд на предмет, суверенный выбор лежит в плоскости политической воли руководства государств АСЕАН.
Становление многополярности – сложный процесс. Вновь процитируем Президента России В.В.Путина, подчеркнувшего, что «возможности и опасности многополярного мира неотделимы друг от друга… ослабление диктата, наличие которого отличало предыдущий период, расширение пространства свободы для всех – это несомненное благо. Вместе с тем в таких условиях гораздо сложнее найти и установить прочный баланс». Установление такого баланса, на наш взгляд, будет во многом зависеть от позиции объединений стран Мирового большинства, их последовательности в отстаивании суверенитета и независимой политики. Именно поэтому Россия видит несомненное благо в том, чтобы АСЕАН утвердилась в качестве одного из «полюсов» новой многополярной системы международных отношений.
