English
Уругвай — страна‑учредитель Меркосура, и его торговые отношения с Россией складываются по специфической модели. В XXI веке на долю России приходится свыше 5 % уругвайского экспорта и до 11,7 % импорта страны. Структура товарооборота асимметрична: ключевую роль в экспорте Уругвая в Россию играет говядина, а в импорте — сырьевые и иные товарные позиции.
Меркосур имеет существенное значение для российской внешнеэкономической повестки: в рамках действующей Концепции внешней политики России блок выступает одним из целевых направлений для наращивания импортно‑экспортных связей. При этом динамика торговли именно с Уругваем демонстрирует устойчивый нисходящий тренд — с 2013 года показатели последовательно ухудшаются.
В статье проанализированы торгово‑экономические отношения России и Уругвая с 2000 года. Источниками данных выступили официальная статистика Центрального банка Уругвая (BCU) и детализированные сведения по товарным позициям от Uruguay XXI. Особое внимание уделено структуре товарооборота, его циклическим колебаниям и актуальным тенденциям — в том числе признакам восстановления после продолжительного спада.
В 2000–2005 годах динамика двусторонней торговли отличалась асимметрией. Для Уругвая экспорт в Россию оставался сравнительно невысоким: он увеличился с $6,4 млн до $38 млн. В то же время импорт из России был существенно значимее: закупки достигли $257 млн в 2003 году, $342 млн — в 2004‑м и $309 млн — в 2005‑м, занимая в эти годы от 8% до 12% всего уругвайского импорта. При этом для России Уругвай не играл заметной роли во внешней торговле: доля страны не превышала 0,2% российского экспорта (в 2008 году) и 0,15% импорта (в 2010 году).
Циклы двусторонней торговли
Резкий рост экспорта пришёлся на 2006 год, и ключевым драйвером выступила говядина: общий объём продаж в Россию увеличился с $38 млн в 2005‑м до $225 млн, из которых $195 млн обеспечили поставки мяса. В том же году Россия поглощала 5,6% уругвайского экспорта, опережая Китай. После спада в 2007 году ($113 млн) продажи восстановились и достигли $332 млн в 2008‑м.
Среди семи ключевых рынков, выделяемых уругвайским агентством по развитию экспорта (Аргентина, Бразилия, Парагвай, Китай, Евросоюз, США и Россия), Россия в 2008 году занимала четвёртое место, а в 2009–2012 годах — пятое, стабильно опережая США в период 2008–2012 годов.
Максимальные объёмы экспорта пришлись на 2010–2012 годы: $352 млн, $395 млн (абсолютный рекорд за период наблюдений, что эквивалентно 5% всего уругвайского экспорта) и $394 млн долларов соответственно. В 2011 году на мясо пришлось 89% поставок ($353 млн): замороженная бескостная говядина продавалась по $4 243 доллара за тонну против $2 616 долларов в 2006 году при объёме 76 000 тонн. За 2006–2012 годы было отгружено 473 тыс. тонн этого продукта, что составило 78% совокупного экспорта за весь период 2001–2025 годов.
История неустойчивого экспорта говядины
С 2013 года эта модель рухнула. Экспорт упал на 29% в 2013 году (278 млн долларов), удержался на 293 млн в 2014-м и обвалился на 66% в 2015-м, до 98 млн. Поставки мяса сократились с 287 млн в 2012 году до 139 млн в 2013-м и 32 млн в 2015-м, а объёмы замороженной бескостной говядины снизились с 65 000 до 30 000 и затем до 7 200 тонн.
Uruguay XXI связывает это долгосрочное снижение в основном с падением продаж говядины и соевых бобов. Молочная продукция частично компенсировала удар: она выросла с $56 млн в 2012 году до $119 млн в 2014-м, включая 17,4 тонны масла по $4 667 за тонну, и до $111 млн в 2019-м, когда она была в 4,8 раза выше продаж мяса ($23 млн).
В 2016–2021 годах объёмы торговли стабилизировались на низком уровне: экспорт Уругвая в Россию колебался в диапазоне $98–169 млн в год (максимальное значение зафиксировано в 2018 году), а его доля в общем экспорте страны составляла 1,2–2,2 %. С 2022 года показатели продолжили снижаться: экспорт составил $74 млн (снижение на 35% относительно предыдущего периода), 63 млн — в 2023 году, 78 млн — в 2024‑м и ориентировочно 64 млн — в 2025 году. Это на 84% ниже уровня 2011 года и на 78% — ниже показателя 2014 года.
Значительно сократилась и относительная значимость России как рынка сбыта: если в 2011 году на её долю приходилось 5% уругвайского экспорта, то к 2025 году этот показатель снизился до 0,57%.
В товарной структуре поставок в последние годы доминируют мясо и молочная продукция: в 2024 году объём продаж мяса достиг $43 млн (8 300 тонн замороженной бескостной говядины по цене $2 879 за тонну), молочной продукции — $27 млн. В 2025 году показатели составили $35 млн по мясу и $22,5 млн по молочной продукции; при этом цена на говядину выросла до $4 208 за тонну.
Импорт из России развивался по иной схеме — изолированными пиками: $257 млн в 2003 году, $342 млн в 2004-м и $309 млн в 2005-м, падение до $43 млн в 2006-м, скачок до $955 млн в 2008-м (на 388% больше, чем в 2007 году, 10,5% всего уругвайского импорта), обвал на 73% в 2009-м и новый пик $589 млн в 2012-м (на 328% больше, в сравнении с 2011 годом). Это крайне нестабильная торговая динамика.
Три ключевых эпизода — 2003–2005, 2008 и 2012 годы — в совокупности обеспечили объём импорта из России в размере $2,452 млрд, что составляет более половины от общего объёма в $4,484 млрд за период 2000–2025 годов.
После пиковых значений закупки существенно сократились: до $141 млн в 2013 году и $60 млн — в 2014‑м. В последующие годы динамика оставалась волатильной, а объёмы удерживались в диапазоне $28–119 млн в год. Так, в 2022 году импорт составил $119 млн, в 2023‑м — $28 млн, в 2024‑м — $54 млн, а в 2025‑м (предварительные данные) — $68 млн, что на 27% превышает показатель предыдущего года.
В рассматриваемый период Уругвай демонстрировал положительный торговый баланс с Россией в 14 из 26 лет — в 2006, 2010, 2011, в 2013–2021 годах, а также в 2023 и 2024 годах; в остальные 12 лет баланс был отрицательным.
За 2000–2025 годы объём уругвайского экспорта в Россию составил $3,838 млрд, импорта из России — $4,484 млрд, что сформировало накопленный дефицит порядка $646 млн. Основной вклад в этот дефицит внесли пиковые объёмы импорта в 2008 и 2012 годах.
Среднегодовой оборот торговли характеризовался заметной динамикой: $360 млн в 2000–2009 годах, $379 млн — в 2010–2019 годах и $155 млн — в 2020–2025 годах. Последний показатель на 59% ниже уровня предыдущего десятилетия, что отражает существенное сжатие двустороннего товарооборота в последние годы.
Торговля между Уругваем и Россией в 2026 году
В 2026 году оба потока продолжают сокращаться. По предварительным данным Центрального банка Уругвая (BCU), с января по август экспорт в Россию достиг $31,8 млн (на 25,7% меньше, чем за тот же период 2025 года), а импорт — $39,6 млн (на 23,4% меньше). По товарной детализации за январь–сентябрь продажи мяса удерживаются на уровне $26,5 млн (на 4% больше), тогда как поставки молочной продукции практически исчезли: $0,7 млн против $17,7 млн (снижение на 96%).
Основными причинами спада двусторонней торговли между Россией и Уругваем стали жёсткие финансовые барьеры, сбои в логистике и смена геополитических ориентиров после введения международных санкций. Хотя Уругвай исторически придерживается прагматичной и независимой внешней политики — разделяя коммерческие связи и политические позиции (например, голосуя за резолюцию «Территориальная целостность Украины: защита принципов Устава ООН»), — частные компании обеих стран столкнулись с возросшими рисками комплаенса, ростом расходов на страхование и ужесточением экспортно-импортного контроля. Исключение российских банков из системы финансовых сообщений SWIFT и более широкие международные банковские ограничения сделали клиринг и расчёты по трансграничным сделкам крайне сложными, дорогими и медленными. Значительные осложнения возникли и в сфере прямых судоходных маршрутов, страхования грузов и транспортных сетей, связывающих Россию и Южную Америку, — это привело к росту транзакционных и фрахтовых издержек.
Кроме того, как показывают наши данные, торговля между двумя странами традиционно опиралась на весьма узкую товарную корзину — преимущественно уругвайский сельскохозяйственный экспорт в Россию (мясо, молочная продукция, рыба), что делает общий объём высокочувствительным к шокам цепочек поставок и колебаниям валютных курсов.
Несмотря на наблюдаемый спад товарооборота, власти России и Уругвая декларируют намерение стабилизировать и постепенно восстановить экономические связи. Российские представители особо акцентируют важность наращивания торговых объёмов — в том числе с учётом предстоящих дипломатических юбилейных дат, которые могут послужить дополнительным стимулом для активизации сотрудничества.
Со своей стороны, Уругвай ведёт проработку институциональных и региональных инструментов, способных снизить барьеры в торговле. В частности, изучаются возможности взаимодействия в формате площадки ЕАЭС — МЕРКОСУР: такие контакты потенциально способны помочь в смягчении платёжных и логистических ограничений, затрудняющих двусторонние поставки.
Российский импорт из Уругвая
Уругвайские поставки в Россию сформированы преимущественно животными белками: за 2001–2025 годы было экспортировано продукции на $3,839 млрд (по таможенной стоимости), из которых 63% пришлось на мясо и съедобные субпродукты ($2,423 млрд) и 25% — на молочную продукцию ($951 млн). Замыкают пятёрку фрукты и орехи (3%), рыба и морепродукты (2,5%) и масличные культуры (1,7%); на эти пять категорий приходится 95% продаж.
На уровне отдельных товаров концентрация ещё выше: одна позиция — замороженная бескостная говядина — составляет 51% от общего объёма ($1,966 млрд и 605 тыс. тонн при средней удельной стоимости $3 248 за тонну), а сливочное масло — ещё 14% ($523 млн при 134,5 тыс. тонн). Вместе с концентрированным или сухим молоком, кониной и твёрдыми сырами первые пять продуктов формируют 74% экспорта, первые десять — 84%, первые двадцать пять — 95% при более чем 350 тарифных кодах. Удельные значения рассчитаны на условиях FOB за тонну и отражают также структуру отрубов и видов фасовки, а не только рыночную цену.
Импорт Уругвая из России
Детализированные данные по товарным позициям уругвайского импорта из России доступны лишь за 2023–2025 годы. За этот период объём закупок продукции российского происхождения составил $150 млн. Структура импорта отличается выраженной концентрацией на отдельных товарных группах: на долю удобрений и агрохимикатов пришлось 82% закупок ($122,5 млн), минеральных продуктов — 11% ($16,4 млн; основную часть этого объёма составляет сера, поставляемая навалом), переработанных овощей — 5% ($7,5 млн). Примечательно, что топливо, которое, по косвенным данным, играло ключевую роль в периоды пиковых закупок в прошлом, в рассматриваемом периоде представлено в незначительном объёме — всего на $1,4 млн.
Три ведущие товарные позиции — удобрения с двумя-тремя питательными элементами (24%), калийные удобрения (21%) и удобрения с полным набором трёх элементов (NPK, 17%) — формируют 61% закупок, а первые десять позиций — 97%. Закупки удобрений выросли с $23 млн в 2023 году до $45 млн в 2024-м и $55 млн в 2025-м (на 137% за два года).
Удельные значения находились в диапазоне от $198 за тонну для серы и $352 для калийных удобрений до $522 для NPK и $640 для удобрений с двумя-тремя элементами. За более ранние годы товарная детализация отсутствует: пики 2003–2005, 2008 и 2012 годов совпадают с периодом, когда, согласно официальной справке 2018 года, Уругвай ещё закупал российскую нефть (с 2013 года BCU подобных закупок не фиксировал), и с характеристикой российского предложения, данной послом РФ в 2014 году, — «удобрения и нефть». Однако это требует подтверждения данными по товарным позициям за соответствующие годы.
Перспективы двусторонней торговли между Уругваем и Россией
Структура двусторонней торговли демонстрирует ярко выраженную асимметрию. Для России товарооборот с Уругваем на протяжении всего периода оставался маргинальным: он никогда не превышал 0,2% российского экспорта и 0,15% импорта. В то же время для Уругвая значение российского рынка в отдельные годы было существенно выше: доля России доходила до 5,6% в структуре уругвайского экспорта (в 2006 году) и до 11,7% — в импорте (в 2003 году). На современном этапе значимость России для Уругвая заметно снизилась: её доля составляет лишь 0,57% в экспорте и 0,53% в импорте страны.
Экспортное направление держится на единственном продукте — замороженной бескостной говядине, — объём рынка которой сократился с 65 тыс. тонн в 2012 году до 4,8 тыс. тонн в 2025-м, то есть на 93%. Частично освободившуюся нишу заняла молочная продукция, но и она сдаёт позиции: в 2026 году её поставки в Россию практически прекратились. Устойчиво держится лишь мясная ниша: в 2026 году она растёт на 4% в стоимостном выражении, а средняя цена реализации выросла ($5 284 за тонну в январе–сентябре) — при объёмах, значительно уступающих уровню десятилетней давности.
В структуре импорта роль России фактически свелась к поставке сырьевых ресурсов: Уругвай активно закупает у неё удобрения и серу, привлечённый конкурентными ценами. Примечательно, что объёмы этих закупок демонстрируют рост — даже на фоне общего сокращения двустороннего товарооборота. При этом у уругвайских экспортёров расширяются альтернативные направления сбыта. Одним из значимых факторов здесь выступает соглашение между МЕРКОСУР и Европейским союзом, открывающее новые рыночные возможности.
Восстановление прежнего масштаба торгово‑экономических отношений между странами будет зависеть от комплекса факторов. Ключевыми из них остаются преодоление барьеров в области доступа на рынки, урегулирования платёжных механизмов и оптимизации логистических цепочек. Не менее важным условием выступает диверсификация уругвайского экспортного предложения — выход за рамки традиционной опоры на мясную продукцию и формирование более сбалансированной товарной структуры поставок.
Динамика торговли, характерная для всего блока МЕРКОСУР, отличается выраженной волатильностью — резкие скачки здесь скорее правило, чем исключение, и во многом обусловлены внешними шоками. Так, на статистике отчётливо видны пики закупок 2008 и 2012 годов, а также существенные изменения конъюнктуры на рынке говядины в 2013 и 2015 годах. При этом российская сторона не исключает возможности восстановления торгово‑экономического сотрудничества с Уругваем до прежних уровней и прорабатывает варианты наращивания взаимодействия. О приоритете такого курса заявил заместитель министра иностранных дел России Сергей Рябков 20 октября 2026 года на церемонии открытия выставки «Гаучо и самобытный Уругвай» в МИД России: «Сегодня в нашем приоритете — восстановление сократившихся в силу известных причин объёмов двустороннего сотрудничества, обеспечение его поступательного развития. Рады тому, что этот настрой в полной мере разделяется уругвайским руководством, на практике демонстрирующим заинтересованность в партнёрстве с Россией».
Выставка, на которой были представлены работы уругвайского художника Луиса Фабини, приурочена к предстоящему в 2027 году празднованию 170‑летия дипломатических отношений между Россией и Уругваем, а впоследствии отправилась в гастрольный тур — в том числе по музею‑заповеднику «Царицыно».
Сергей Рябков отметил, что в Москве удовлетворены динамикой работы с Уругваем, регулярными встречами министров иностранных дел и возобновлением работы двусторонней межправительственной комиссии. В ходе выступления он также поделился размышлениями о культурно‑исторических связях двух стран: «Уругвайские природные ландшафты с открытыми горизонтами, обширными равнинами напоминают степные просторы юга России. А в образе гаучо, думаю, согласитесь со мной, угадываются черты русского казака. Удивительно схожи повседневные обычаи, традиции гостеприимства, семейного чаепития и культура мате, приготовление мяса на огне. Видимо, поэтому более века назад места традиционного проживания гаучо стали центром притяжения мигрантов из России, основавших город Сан‑Хавьер в степях департамента Рио‑Негро. Таким образом, несмотря на географическую удалённость, Уругвай отзывается в наших сердцах. Он отдаётся чем‑то родным душе русского человека».
Хотя за минувшее десятилетие торговая динамика заметно ослабла, важным сигналом стало возобновление работы российско‑уругвайской Межправительственной комиссии. Контакты на высшем дипломатическом уровне — встречи заместителя министра иностранных дел России Сергея Рябкова с уругвайскими коллегами, а также переговоры глав внешнеполитических ведомств двух стран, Сергея Лаврова и Марио Лубеткина, — сфокусированы на восстановлении торговых объёмов и подготовке культурных и коммерческих мероприятий к 170‑летию дипломатических отношений, которое будет отмечаться в 2027 году. В повестке сотрудничества центральное место занимают ключевые отрасли: сельское хозяйство, продовольствие, морепродукты, ветеринарные и фитосанитарные вопросы, — параллельно обсуждаются перспективы промышленной кооперации, модернизации энергетики и транспорта.
Эти усилия уже дают результат: двусторонняя торговля демонстрирует заметное оживление. По итогам первого полугодия 2025 года товарооборот вырос на 70% в годовом выражении, достигнув $123 млн, — при том что за весь 2024 год он составил $150,2 млн.
Данные за 2026 год пока фрагментарны: сводной официальной статистики товарооборота за год ещё нет. Тем не менее доступные показатели говорят о сохранении восходящей динамики. Так, по данным ФГИС «ВетИС», за январь–май 2026 года Уругвай увеличил поставки мяса и мясопродуктов в Россию на 14% — до 4,9 тыс. тонн, а экспорт рыбы и морепродуктов вырос на 67%, до 272 тонн; в обратном направлении Россия за тот же период отгрузила 188 тонн подконтрольной продукции, преимущественно рыбы и морепродуктов. О продолжающемся наращивании агропродовольственных поставок свидетельствуют и региональные данные: по оценке центра «Агроэкспорт», экспорт российской продукции АПК в страны Южной Америки за январь–август 2026 года вырос в 6,5 раза — до примерно 350 тыс. тонн на сумму свыше $101 млн, при этом Уругвай упомянут в числе получателей, хотя его точная доля в этой цифре не раскрывается.
Статья подготовлена Мартином Эпштейном — экономическим аналитиком с многолетним опытом из Аргентины. С ним можно связаться по адресу info@russiaspivottoasia.com.
