English
В прошлом ХХ веке было две попытки установить мировую гегемонию одной страны.
Крупнейшая на начало века колониальная империя, Великобритания, как главный победитель в Великой войне, сумела добиться поражения и разрушения своих конкурентов — Германского Второго рейха, Российской, Османской и Австро-Венгерской империй, и попыталась закрепить своё могущество.
Попытка не удалась, внутренний кризис начался уже через три года, а окончательную финансовую капитуляцию Великобритания подписала в Бреттон-Вуде в 1944 году, когда роль мировой резервной валюты перешла от фунта стерлингов к доллару.
Вторую подобную попытку предприняли Соединенные Штаты Америки, когда добились поражения и демонтажа своего крупнейшего геополитического конкурента — СССР, в 1991 году.
По результату, США и их сателлиты практически без военных действий получили внешний контроль за всей постсоветской территорией и очень большими активами бывшего противника.
Разрушение СССР случилось очень вовремя. Его активы позволили американскому истеблишменту погасить нарастающий кризис, о фатальности которого предупреждал тогдашний глава ФРС Алан Гринспен ещё в 1985 году. А при президенте США Билле Клинтоне впервые в послевоенной истории Америка на три года подряд получила бездефицитный бюджет.
Беспрецедентная в истории американская победа, включая практически полное исчезновение сопоставимых по масштабу конкурентов, способных оказать сколь-нибудь значимое военное, экономическое или политическое сопротивление гегемону, исчерпала себя сама — системный кризис вернулся уже в 2008 году.
Причина недолговечности обеих попыток построить «однополярный мир» в ХХ веке, как и всех остальных подобных планов, заключается в принципиальной неэффективности глобализованной экономики, построенной на разделении мира на две неравноправные части — метрополию и периферию.
Такая система имеет неустранимые внутренние противоречия, приводящие к постепенному падению её экономической эффективности ниже нулевого уровня рентабельности по мере неизбежного истощения периферии. В момент, когда расширение периферии за счёт присоединения доступных территорий станет невозможным вследствие конечности планеты Земля, кризис этой системы становится мировым и фатальным. И «однополярный мир» рушится.
Pax Americanа не состоялся — возврат «Доктрины Монро»
Понимание суровой реальности, исключающей устойчивость «однополярного» мироустройства сложилось достаточно давно, в том числе и в Америке. В период, когда происходил демонтаж СССР, Соединенные Штаты были единственной силой, способной принять решение о будущем пути развития всего мира и обеспечить воплощение этого решения в жизнь. По этой причине оба возможных варианта такого выбора обсуждались в основном внутри американского истеблишмента, с учётом мнения союзников или без такового.
Первый вариант геостратегии США по отношению к своему главному геополитическому конкуренту и партнёру — Советскому Союзу, а также по формату будущего мироустройства на достаточно длительный период, поддерживала администрация действующего на тот момент президента США Дж.Буша-старшего.
Эта концепция предполагала сохранение СССР как глобального противовеса американской гегемонии в идеологической, политической, военной и экономической сферах, при наличии системы стратегических договорённостей между странами, в том числе непубличных. В отличие от попыток построить «однополярное мироустройство», биполярный мир, совместно созданный при участии США и СССР, мог обеспечить свою устойчивость достаточно долго, в течение десятилетий, и позволял находить и поддерживать нужный баланс интересов практически в любых ситуациях. Богатый исторический опыт ХХ века давал все основания так считать.
Альтернативный вариант был предложен командой следующего президента США Билла Клинтона. Идея была проще и не требовала высочайшей управленческой квалификации государственного аппарата стран-партнёров для поддержания устойчивости биполярного мира: не сохранять СССР, а, используя возможности сложившейся на то время ситуации, незамедлительно разрушить Советский Союз, взять под внешний контроль все его активы и демонтировать всё, что могло обеспечить его восстановление как геополитического субъекта.
На практике был реализован вариант, предложенный командой Б.Клинтона.
Сегодня эта тенденция усиливается. Соединенные Штаты готовят свою зону влияния. Это включает в себя:
- контроль всех доступных Америке ресурсов. Приоритет — энергоносители;
- максимальное ослабление соседей и конкурентов: Европа должна утратить геополитический статус, Россия не должна такой статус восстановить.
Китай — «консольная экономика» США
Китай как индустриальная держава возник только после Второй мировой войны, когда КНР вошла в зону влияния СССР и там началось строительство собственной современной промышленности при масштабной помощи СССР.
Позже СССР разорвал союзнические отношения с КНР, и в 1971 году страна перешла в зону влияния США. Ключевую роль в этом процессе играл будущий президент США Дж.Буш-старший, на тот момент директор ЦРУ, и Госсекретарь США Киссинджер, которые обеспечили первый в истории визит президента США Р.Никсона в КНР.
После событий 1991 года началась реализация новой американской стратегии обеспечения своего влияния в мире, где не будет Советского Союза. В числе мер по оптимизации своей экономической политики, включая национальный промышленный потенциал, было принято стратегическое решение о переносе целого ряда технологий за пределы США, прежде всего в КНР, и, соответственно, открытия рынков западных стран для будущей китайской продукции. Обязательным условием было сохранение американского суверенитета над ключевыми составляющими этой политики.
За два с небольшим десятилетия Китай стал «мировой фабрикой», фактически превзойдя США по объёмам промышленного производства, обеспечил большую часть экспорта практически любых товаров, включая продукцию тяжелой индустрии и военной техники, аккумулировал гигантские финансовые ресурсы и стал одной из самых влиятельных стран.
В настоящее время происходит переход от первой фазы сотрудничества с Китаем в формате системной помощи и содействия его развитию к новому этапу — системным ограничениям. Китай изначально не имел потенциала на роль мирового лидера, и в таком качестве неприемлем для заказчиков действующей программы превращения КНР в центр мирового промышленного производства.
Сдерживающие Китай факторы были учтены и заложены в самом начале его модернизации. Основной и системный — неспособность Китая предъявить всему человечеству модель мироустройства, привлекательную хоть для кого-нибудь, кроме самого Китая.
Второй, не менее важный — Запад и прежде всего США, как держатели пакета современных технологий и хозяева мировой торговли, финансовой системы и глобального военного потенциала, сохраняют возможность предотвратить превращение КНР в мирового гегемона и создание реальной зоны его влияния на планете. Немалую роль в этом играет и сам Китай, демонстрирующий неспособность к равному сотрудничеству ни с кем. Это не мешает торговать и конкурировать, но «зона влияния», состоящая только из зависимых сателлитов, менее эффективна и устойчива.
Третий — несмотря на гигантские ресурсы, выделенные на создание китайской военной мощи, Китай до сих пор всеми способами не демонстрирует волю к решительному применению силы для защиты своих внешних интересов.
В целом, современный Китай при всех своих технологических, экономических, финансовых и военных возможностях не становится мировым лидером и остается «консольной экономикой» Америки, и не имеет реальных перспектив самостоятельно изменить это положение.
Ближайшие перспективы переходного периода
Стратегический выбор, сделанный США в отношении СССР, определяет текущее положение США и их перспективы.
Теоретически, даже сегодня в принципе возможно вернуться к концепции биполярного мира и своими руками создать геополитический противовес собственной гегемонии. Смысл таких действий — продлить саму эту гегемонию. Без системного баланса, который обеспечивал Советский Союз на протяжении всей своей послевоенной истории, «однополярный гегемон» развалится сам даже без внешних врагов, по внутренним причинам. И этот процесс уже идёт.
Современные США уже фактически отказались от мировой гегемонии. Красную кепку «Сделаем Америку снова великой», то есть идею лидерства США, сменила «доктрина Монро» позапрошлого века, то есть господство не во всем мире, а только в Западном полушарии.
Что нужно для перехода к восстанавливаемой стратегии «изоляционизма»? Контроль за всеми ресурсами, до которых можно дотянуться, прежде всего энергетическими, и ослабление всех возможных конкурентов, особенно ближайших. Собственно, это сейчас и происходит.
В постсоветскую эпоху единственной геополитической силой, способной противостоять Соединенным Штатам и даже наносить им поражение, остается их ближайший союзник — Великобритания. Сегодня она потеряла и флот, и армию, у неё нет ни экономики, ни денег, но это не мешает практически равной игре против старшего партнёра. Это возможно по причине превосходства британских социальных технологий внешнего контроля и формирования общественного сознания, а также сохранившихся связей по всему миру, включая саму Америку.
В сумме это даёт возможность говорить о современной «британской геостратегии».
Западная Европа и её общая структура, Евросоюз, так и не смогла удержать свою геополитическую субъектность, и в настоящее время наблюдает, как английская агентура влияния на континенте успешно отбирает эту функцию у Соединенных Штатов.
Таким образом:
- Соединенные Штаты станут крупнейшим региональным центром в своей зоне влияния в соответствии с «новой доктриной Монро»;
- Соединенные Штаты всё чаще будут сталкиваться с соперничеством, а иногда и с противостоянием со стороны Британского Содружества;
- в рамках ЕС сформируется европейский территориальный кластер, который может стать либо младшим партнером, либо зоной внешнего влияния;
- Евразия и Африка станут источниками конкурентоспособных экспортных ресурсов, а также источниками энергии.
Резюме: инвестиции капитала в среднесрочной перспективе
В базовом сценарии общий тренд — на понижение. Демонтаж существующей системы международных отношений и глобализованных военно-политических и экономических структур, а также значительное упрощение государственных институтов не способствует развитию инноваций и расширению производства.
Постсоветская эпоха заканчивается, а значит, наступил момент принятия решений. Основной вариант — отказ от глобализации и распад на региональные зоны влияния. Последствия проявятся в том, что::
- информационные и сетевые технологии станут высокорисковыми;
- приоритет сохранится за инструментами контроля инфраструктуры и ресурсной базы — от энергетики до всех остальных сырьевых товаров, включая полезные ископаемые, сельское хозяйство, продукты питания, воду и все критически важные ресурсы, получаемые из них или от них зависящие;
- выиграет тот, кто медленнее деградирует и больше сберегает. Показателен пример соотношения долга России к ВВП (20%).
Статья написана Е.Ю.Варшавским, экспертом международного и конституционного права, государственным советника 3-го класса РФ специально для «Поворота России в Азию».
